Федор Чемерев (nkfedor) wrote,
Федор Чемерев
nkfedor

Category:

«Крышка котла». Фильм-память о боях за Логвиново в феврале 2015 года



Этот получасовой документальный фильм, посвященный боям в поселке Логвиново, канал «Суть времени» разместил на YouTube 9 мая. В те дни я был занят в проходивших в Москве мероприятиях, посвященных Дню Победы. И этот фильм, к моему стыду, пропустил. На днях же, комментируя очередное видео об учениях подразделения под командованием «Ольхона», известного командира ВСН, я упомянул и о боях за Логвиново. Точнее о самом первом эпизоде этих боев, когда поселок — в результате скоротечного боя — был взят группой «Ольхона». Как известно, собственно захватом поселка дело не закончилось. В течение суток , начиная с ночи с 11 на 12 февраля, ВСУ предприняли попытку вернуть над ним контроль, крупными силами атаковав ополченцев, удерживавших поселок. Именно этим, более поздним, событиям и посвящен фильм «Сути времени» «Батальон «Хан»: бой под Логвиново. Памяти Ярослава Юшина, позывной Юджин, посвящается».

И у меня появился повод восполнить пробел и — пусть с опозданием — предложить посмотреть этот фильм тем, кому, по тем или иным причинам, до сих пор его посмотреть не довелось. Фильм, на мой взгляд, сделан очень хорошо. Рассказы непосредственных участников боев за Логвиново чрезвычайно интересны. А главное, и эти рассказы, и фильм в целом — свидетельство героизма бойцов ВСН, вставших на борьбу с фашизмом. Такие фильмы — это наша память о тех, кто ценой собственной жизни отстаивает право человечества быть человечеством.

К сожалению, мне не удалось найти к этому фильму текста. Часть фильма — примерно две трети — я попытался «запечатлеть» в виде текста сам. Как смог.

И еще одно, забавное и поучительное. Пытаясь найти текст, «расшифровывающий» диалоги и монологи из этого фильма, я наткнулся на такой вот комментарий Бориса Рожина:


Оставляю этот комментарий Бориса без комментариев. И предлагаю посмотреть хороший, честный фильм, посвященный памяти Ярослава Юшина, бойца с позывным «Юджин» — защитника стратегически важного поселка Логвиново.

Корреспондент:

Мы находимся на окраине поселка Логвиново. Этот небольшой поселок стал мместом ожесточенных сржадений, потому что он находится рядом с трассой из Дебальцево в Артемовск. Украинские военнослужащие называли ее дорогой жизни, ополченцы — крышкой котла.

Поселок не просто находится на дороге, следующей на Дебальцево. Он располагается на небольшой возвышенности. И это позволяет контролировать две из трех дорог, ведущих на Дебальцево. По этим дорогам шло снабжением украинских силовиков со стороны хунты. По этим же дорогам из Дебальцево пытались прорваться каратели, попавшие зимой 2015 года в котел. Третья и последняя дорога местного значения, которая проходила через деревню Санжаровка, уже была под контролем ополчения.

Вот для наглядности карта боевых действий от 11 февраля, сделанная Украинским кризисным медиа-центром. И еще одна карта — более подробная.

Фактически, удары на поселок Логвиново наносились украинскими силовиками с трех сторон — со стороны Артемовска и Дебальцево — по трассе, а также со стороны обходной дороги. В этих боях приняла участие небольшая группа бойцов из отдельного батальона специального назначения «Хан». Их было 16 человек. Возглавлял их ополченец с позывным «Сибиряк». Поселок в то время был еще цел, если не считать несколько воронок от разрывов снарядов и стен домов, посеченные осколками.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Мы сюда прибыли с определенной целью. У нас было задание заминировать дороги, проходящие возле этого поселка, чтобы противник не смог выдвинуться к Донецку, а также не смог бы прорвать кольцо из Дебальцево.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Рассвет»:

Заходили мы отсюда. В этот дом зашли. Зесь еще было гражданских много — бабушка, дедушка, соседи — все в один дом собрались. Мы еще пайки им свои отдавали, потому что люди голодные были.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Их в этом доме только двое было. Вот они нас пустили погреться. Конечно, кушать у них уже не было ничего. Тем, что мы с собой принесли, — поделились. Когда, на следующий день все это началось, дедушку сразу убило. А бабушку мы эвакуировали. И, соответственно, когда нас обстреляли и бабушку убили тоже.

Корр:

Они зашли сюда 11 февраля. В ночь с 11 на 12 поселок подвергся массированному обстрелу.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Я принял решение выдвинуть группу из 4 человек для сбора разведывательных данных. В три часа ночи группа пришла. Доложили, что на подступах к Логвиново находятся большие силы противника — как живой силы, так и техники.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Расписной»:

Там очень много их было. Где-то полторы тысячи человек было укропов. Ну и техника. Техники очень много было. У нвс времнеи не было их рассмотреть, потому что у них-то тепловизоры. И нам надо было уходить. Они уже на отходе нас заметили и начали обкладывать минами.

Корр:

Утром двенадцатого было принято решение эвакуировать отсюда местных жителей. Была сформирована колонна, которая под белыми флагами пошла в сторону Углегорска.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Мы приехали где-то в половину одиннадцатого двенадцатого числа. Бой уже шел. Заходили мы с двух сторон — оттуда и оттуда. Оттуда ребята нам не сказали, что они прорвались, вот они как раз к нам дошли. Контуженные глухие, не могли нам сказать что к чему. Били танки артиллерия — вот как раз по этим домам. Отбили четыре атаки, начали эвакуировать. Всех закинули в «Уралы»,

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Рассвет»:

Только мы отъехали немного, выехали на эту дорогу, они сразу расстреляли первую машину. Белые флаги были. Да они в принципе и сами видели, как мы загружались — старики, женщины. У них снайпера, оптика.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Они видели это все. Снайпера вот тут работали. Они видели, что их грузят. Потому что здесь открытая площадка, они видели, что мы стариков, женщин везли.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Слоник»:

Когда мы увидели и услышали, что там уже начали работать по машине, следующим двум машинам мы начли махать — давать отбой. Чтобы они возвращались. Они тут же остановились, развернулись и вернулись к месту погрузки. Тут нас начали обстреливать из минометов. Тут меня ранило — прилетела кирпичина с этой пристройки.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Когда его в руку ранило, он: «Не могу уже держать — рука вот такая стала». Ранило его просто осколком кирпича. Удар, ушиб сильный. Слава богу, что так еще. И все. «Узбек» у него сразу же перехватывает. А тот — с раненой рукой умудрялся ему, «Узбеку», накручивать заряды на гранатометы. На стрелы. Вот они вдвоем уже там носились кругом. Этот стреляет, «Узбек», а тот ему накручивает, заряжает.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Узбек»:

Меня отправлял сюда командир мой, «Хан». Я вот здесь сидел. Вот этот танк подбил — одно попадание и он взорвался. Оттуда выскакивал БМП, здесь я его снял. Он как загорелся и продолжал движение — до этих пор, потом взорвался.

Корр:

12 февраля ты уничтожил, получается, один БМП, один танк и пехоту.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Узбек»:

Там залегла пехота, я их накрыл гранатометом.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Слоник»:

Тут вроде бы как все подутихло. Буквально минут на пятнадцать. Увидели — беспилотник пролетел над нами. Пролетал беспилотник, беспилотник сбили — с автомата.

Слоник, в общей сложности, сколько там наших танков было? Изначально?

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Они, короче, сломаны все были. Один не ездил, второй не стрелял. Точно не знаю, чьи танки были. Смешанные.

Корр:

А какие подразделения в Логвиново стояли?

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Я видел казаков, «Оплот». «Оплот» на технике был. Когда технику сожгли, они начали стрелкотней заниматься, так же, как и мы.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

На той части деревни, которую отгораживает эта речка, там тоже пытались прорваться. Там их отбили. Но там чуть-чуть попроще было, потому что там бункера. Из бункеров бойцы, не именно наши. Чье то подразделение было? Да, подразделение «Хмурого» им не давало подойти близко.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Мы когда заехали, тут ни окопа, ничего. Единственное укрепление — вот эти ящики и дома. Дома целые были. Но после того, как и дома разбило, уже и прикрываться нечем было. К концовке, уже после обеда, здесь раненых процентов 70 было.

Корр:

А противник никак не мог определить местонахождение всех ваших огневых точек, судя по всему?

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Да постоянное передвижение. Они привыкли к окопной войне. Здесь все на поверхности, двигалось. Потому что танки здесь прямой наводкой уничтожали дома. От одного дома к другому перебегали. Там уже забегали где-то в бок танку, где-то порой, и в зад танку, где у них чувствительная броня, которую можно было пробить.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Слоник»:

Использовали все — и дома и заборы, малейшее дерево — потому что за ним уже садиться можно.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Даже малейший бугорок — там залег уже . В тебя не попадает — это хорошо. Можно подождать, когда они чуть ближе подойдут и уже ударить более точно. Для этого, конечно, очень большая выдержка нужна, когда свистят везде пули, везде все взрывается кругом, подрывается. Ты знаешь, что если ты промажешь, ты труп сам.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Оборону держали здесь, в этом дворе. В этом доме у нас был БК — патроны, гранаты. Все находилось здесь, в подвале. Мы со смежниками сидели под всеми стенами, где только можно. Раненых в этом доме держали. После пары атак мы поняли, что их тут держать нельзя и начали выносить их. Вот в этом строении, где ящики, у нас изначально был склад БК. Склад загорелся. Когда взорвалось это все, у нас практически не осталось боекомплекта. Запросили наше командование, что нам нужно подкрепление, что у нас закончился боезапас. Нам сказали, что бронетехника выдвинулась с белыми ленточками на антеннах. Один танк ВСУ проезжал несколько раз под этим видом. Пропускали их. У меня в группе есть один боец с позывным «Бах», вытащил прямо из строя одного из них

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Узбек»:

Пароль спрашивал: «Донецк?» Надо было отвечать «Луганск». А в ответ кричали «Донбасс». Потом двое их побежало сюда — из строя выходили. Одного из них сразу в голову ударил, а второй отошел внутрь.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Завел его как раз вот сюда. Кто, что, кто такой «Донбасс». Изначально получалась неразбериха, потому что они шли под нашими опознавательными знаками. Техника вот так же шла — колонной. Они — за техникой шли.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Узбек»:

А я здесь с гранатометом сидел — смотрел. Мимо меня шли 4 БМП и пехота — 70 человек.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Стволы вроде бы на нас держат, а понять не могут. Мы ж тоже стоим, на них смотрим. Они на нас. Стволы опустили. У нас тоже неразбериха. Кто-то крикнул, что это ВДВ-шники с такой-то части. Кто-то кричит, да нет, это вроде не наши, укропы. Потом, когда уже увидели на пехоте желтые повязки, после этого начали открывать огонь.

Боец ОБСпН «Хан» (в маске):

Они подошли буквально вплотную, воевали с ними. Совсем рядом были.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Потом из документов, стало известно, что они из батальона «Донбасс». Потом, в конце уже, когда бой закончился, прекратилась стрелкотня, наша помощь подъехала, начали эвакуировать раненых, один из этого «Донбасса», то ли полковник, то ли подполковник, подошел, сдался в плен. Сказал, что остался последним в живых.

Семен Семенченко в интернете отрапортовал сразу, что Логвиново взяли.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Зевс»:

Да слышал, что «Логвиново наше, что потери у меня 3 человека и 4 или 5 раненых всего. Раненых и убитых отсюда довольно быстро увезти. Хотелось все это заснять и ему отправить, чтобы посмотрел на свои потери.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

На следующий день, 12 числа, когда стали эвакуировать остатки местных жителей мы с группой на «Урале» прорвались с Логвиново и на повороте с Логвиново — в том направлении, нас сразу обстреляла БМП. У нас сразу же повредили двигатель но нам накатом удалось доехать вот до этого места. Машина заглохла. Сопровождающий, позывной «Костыль», — боец от бога с нами ехал. Разведчик тоже неплохой. Погиб прямо в кабине — когда машину обстреляли. Там тридцатый калибр — прошил. Поразорвало его всего. И вот когда по кузову прошивать начали, когда они очередью начали с двигателя, дыры вот такие в машине были. До половины кузова очередь прошла. Там сразу же тяжелораненые были, двоих — наповал. Бабушку застрелили.

Группа у меня сразу же высыпалась, заняла круговую оборону. Я им дал команду отводить людей — раненых и остальных местных жителей, которые еще оставались в живых.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Макс»:

Мы остались в поле, не давали БТРам пройти дальше. Чтобы они не покосили остальных.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Рассвет»:

Пока не приехали наши на помощь.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

С ранеными и вместе с остатками моей группы ушло человек тридцать. В шоковом состоянии, но успели дойти до наших минометчиков. Там уже им оказали помощь. Мы им дали возможность уйти за бугорок, а самим уже не получилось. Нас осталось четверо - прикрывать остальных. Два пулеметчика у меня осталось, я и «Одесса». Тяжелое ранение там получил, до сих пор еще в госпитале лечится. С нами был медик — титан, до последнего пытался оживить одного казака, что ехал с нами в машине.. Не смог — 30-й калибр, все-таки. Когда казак умер, он тоже присоединился к нам. Когда он выпрыгнул из машины, к нам на прямую наводку выехали три БМП и начали нас объезжать, беря в кольцо.

Когда мы убедились, что в кузове в живых никого не осталось, мы начали уходить, отползать. Мы здесь где-то минут двадцать, наверное провалялись, Да? Мы убедились, что там, во-первых, с кузова, ручьем льется кровь, как будто из крана. Все! Туда глянули — там головы были снесены. Пополам, как орехи расколоты. Спасать уже некого было. «Макс», я и «Юджин» отползали последними. Им я дал приказ не шевелиться, замереть, чтобы подумали, что они мертвы. Потому что они по неподвижным целям не стреляли. Мы начали оттягивать огонь на себя и отползали.

Корр:

А тут какие-то укрытия были , холмы? А где прятались?

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

А нету тут. Какие холмы? Просто чистое поле. Мы там в ложбинке чуть-чуть оказались — они нас сверху и поливали. Две БМП-хи туда вон прошли, вдоль вот этой посадки. Вот она, реденькая стоит. Они туда вот вдоль посадки прошли две, одна чуть ближе остановилась, а вторая завернула туда. Они нас подковой взяли. Дал команду «Максу» открыть огонь по ним. А он уже был ранен в плечо. Все уже не мог стрелять. Поэтому «Юджин» взял на себя это. Хотя он уже был ранен снарядом БМП 20-го калибра, почти что оторвало. Мы сколько могли, помогали, там конечно, уколы сделали, там все, противошоковые. Он кричит, я, говорит все равно не смогу. Кричит всех не утащишь отсюда. Я остаюсь. Оттягивайтесь, я остаюсь прикрывать. Прикрывал, не давал той БМП. После очередей Юджина она назад сдала. Но когда мы с поля зрения БМП все-таки отползли все, там с высоты подошли снайпера, человек 10 снайперов. Они там уже хохотали — их было слышно, этот хохот дикий. Все в черной форме. Как я понял, нацгвардия. Батальон Донбасс. И вот они как в тире начали изгаляться — по нам стрелять. Последний из моих был ранен непосредственно из снайперской винтовки. Минут сорок мы еще проползали под обстрелом снайперов. И уже подошли наши силы на помощь. Это уже вечером было, в шесть часов вечера.

До самого вечера нам пришлось ползать. Зато я профессионально научился ползать. До этого я так не умел, наверное. Как я умудрялся? Везде свистит, везде фонтанчики от пуль, и от крупнокалиберных. Еще и взрывается все. Там волей — неволей сжимаешься так в землю, дай бог каждому. Я вот хочу благодарность большую родителям Юджина сказать. Если бы не он, нас бы еще до прихода наших добили бы.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Рассвет»:

Хоть это его первый бой был... Спокойный парень такой был, молодой совсем еще был.

Боец ОБСпН «Хан», позывной «Сибиряк»:

Он погиб за полчаса до того, как подошла помощь. Не дождался он буквально минут тридцать.



Tags: ВСН, ВСУ, Донбасс, Логвиново, Украина, Хан
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 23 comments