Федор Чемерев (nkfedor) wrote,
Федор Чемерев
nkfedor

Современная война. Россия, она агрессор? Защитник? Освободитель?



На протяжении почти двух лет после Минска-2 дипломатические усилия Киева были направлены на то, чтобы международное сообщество признало Россию агрессором. И вот, подводя итоги 2016 года, координатор украинской группы «Информационное сопротивление» Дмитрий Тымчук не без удовлетворения отметил:

«Из хорошего – резолюция ПАСЕ с определением РФ агрессором, резолюция Генассамблеи ООН по Крыму. Долго запрягали, но быстро поехали. Эти резолюции дают многое из конкретики, помимо общей дипломатической победы: так, мы можем рассчитывать на «полноценную» военно-техническую помощь и поставки вооружений и технологий (Запад «стесняется» помогать и продавать оружие странам с внутренним конфликтом, но теперь сам признал, что Украина – жертва внешней агрессии, а это совсем другой коленкор); мы можем «модернизировать» Минский формат, требуя за столом переговоров участия России, как агрессора, а не «посредника» – а это совсем иная ответственность; мы имеем все основания через международные инстанции требовать компенсации от Москвы – как для государства, так и для граждан, пострадавших в результате агрессии. И т.д., и т.п. В общем, это действенный инструмент, главное – с умом им воспользоваться»

У Киева сомнений нет – Россия агрессор и оккупант

Как юридическое определение, обязывающее правительства мировых держав предпринимать какие-то конкретные действия, это утверждение почти ничего не значит. Однако, как концепт для ведения информационно-психологической войны против России – это вполне «работающий» инструмент. С его помощью можно формировать общественное мнение за рубежом, управлять настроениями граждан Украины и – в немалой степени – воздействовать на настроения россиян. Еще летом 2014 года звучали предложения противопоставить этому концепту встречный: «Нынешний фашистский киевский режим осуществляет геноцид против собственного народа». При этом имелось в виду, что население Донбасса является частью народа Украины.

Однако, уже в августе 2014 года характер противостояния восставшего Донбасса и киевской фашистской хунты радикальным образом изменился. Серия поражений ВСУ поставила под сомнение саму возможность осуществлять какие-либо действия, которые можно было бы интерпретировать как геноцид. В январе 2015 года украинские силовики были выбиты из аэропорта, а в первой декаде февраля «случился» дебальцевский котел, завершившийся 12 февраля подписанием вторых по счету минских соглашений. Конфликт на Украине оформился в позиционное противостояние между ВСУ и двумя армейскими корпусами (впоследствии – объединенными командованиями, по сути – армиями) Республик Донбасса. Установился, если не вдаваться в детали, паритет сил. А население ДНР и ЛНР с каждым днем, с каждым артиллерийским ударом ВСУ по жилым массивам городов и поселков Республик, все меньше и меньше ассоциировали себя с Украиной, с народом Украины.

А концепт «Россия агрессор и оккупант» работал на всю катушку, принося казалось бы парадоксальные результаты. Киеву, находящемуся под жесточайшим прессингом откровенно фашистских организаций, Киеву, вставшему на путь создания в стране культа бандеровцев, прославившихся уничтожением евреев и поляков, удалось сформировать в сознании значительной части украинских граждан образ России, удивительно напоминающий образ нацистской Германии. В общественном сознании украинцев смысловая связка «Россия – агрессор – оккупант – фашист» выстраивалась практически без усилий, стоило лишь закрепить в этом сознании связку «Россия – агрессор».

И понятно, почему. В сознании советского человека аналогичная связка «Германия – агрессор – оккупант – фашист» была закреплена настолько сильно, настолько убедительно подкреплена и личным опытом участников Великой Отечественной войны, и всей советской культурой военных и послевоенных лет, что стоило в этом цепочке заменить слово «Германия» на слово «Россия», как остальные ее звенья сознание человека достраивало автоматически. И новая картина в этом сознании оказывалась не менее яркой и убедительной, чем предыдущая. А тысячи жертв и десятки тысяч пострадавших в этой войне из числа граждан Украины, многократно усиливали и эту яркость, и эту убедительность. Тем более, что картина эта была уже не продуктом культуры (кино, книги, картины, фотографии) а личным переживанием, личной трагедией, личной болью.

Если агрессор – то фашист

Само понятие «агрессор» для всех, «кто родом из СССР», в первую очередь связано с вероломным нападением фашистской Германии на Советский Союз. Именно это соображение, похоже, легло в основу раскрутки концепта «Россия – агрессор».
Вспомним знаменитое выступление по радио В.М. Молотова 22 июня 1941 года:

«Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны, германские войска напали на нашу страну <…>

Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед Родиной, перед советским народом, и нанесут сокрушительный удар агрессору.

Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В своё время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за Родину, за честь, за свободу.»


Согласитесь, этот текст – средоточие величайшего духа, воли к и уверенности в будущей победе – сильнейшее средство формирования в сознании человека и ненависти к агрессору, и готовности к предстоящей борьбе. Выступление Молотова никем кроме советских людей не воспринимается как сакральное. Адресованное советским людям в далеком сорок первом, оно и сейчас действенно лишь по отношению к тем, кто сохранил в себе советское. И ощущение этой сакральности (святой правды произнесенных слов) переносится на новый текст – полученный в результате несложных контекстных замен («Советский Союз» – «Украина», «германские» – «российские», «Гитлер» – «Путин», «Красная» – «украинская»). Остается только подивиться талантам манипуляторов, превративших ярчайшее антифашистское выступление в инструмент современных украинских фашистов и их пособников, с помощью которого люди с советской ментальностью фактически становятся на сторону фашистов.

Для того, чтобы этот «инструмент» заработал, необходимо было одно – предъявить гражданам Украины факт вероломного нападения России. И такой факт был предъявлен. Следует заметить, что не пресловутый «аншлюс» Крыма стал этим фактом, а события в Донбассе в августе 2014 года.

Первые попытки представить Россию агрессором

Конечно, попытки повесить на Россию ярлык «агрессора» украинские бойцы информационного фронта пытались и раньше – по ходу событий в Крыму и в период деятельности Безлера и Стрелкова – в Горловке и Славянске. Но эта деятельность не больно-то тянула на масштаб «вероломного нападения». Ну, связывали Безлера с ГРУ ГШ РФ, а Стрелкова – с ФСБ, но тянуло все это не более чем на деятельность «незаконных военизированных формирований» (НВФ). Если и можно было в этой деятельность углядеть «руку Москвы», то с доказательствами все равно было «неторопливо».

Да и ликвидировать эти НВФ Киев не очень-то и торопился. Потому, возможно, и правы были наблюдатели, полагавшие, что между Стрелковым (с его российским бэкграундом) и украинскими силовиками существовала, скажем так, некая договоренность. В соответствии с этой «договоренностью» все эти НВФ должны быть – со временем – выдавлены (непременно с оружием) в Россию, после чего в Донбассе был бы восстановлен «конституционный порядок». Ну а Стрелков и его НВФ стали бы уже не проблемой Киева, а проблемой Кремля и лично Владимира Владимировича Путина. Причем проблемой вполне конкретной, далеко не иллюзорной. Стрелкова раскручивали как героя Славянска, кое-кто видел его в кресле президента России. Впрочем, президентом ему становиться особой нужды – с точки зрения тех, кто стоял за его спиной – не было. Его задачей, как полагают некоторые, было затеять бузу на юге России – при поддержке несистемной оппозиции и некоторых общественных организаций и движений, позиционирующих себя как патриотические, – в крупных российских городах.

Очень похоже, что дело к тому и шло. Стрелков сдавал украинским силовикам города и села Донбасса, а украинские силовики…

Оперативная обстановка в ДНР и ЛНР к августу 2014 года

Впрочем, лучше всего создавшееся положение описано у Владислава Шурыгина:

«Ополченцы хорошо воюют в городе, стойко обороняются, но в силу «крепостной психологии» и почти полной дискоординации вести современную маневренную войну практически не способны. Вне городов и посёлков ополчение лишь вело разведку и удерживало блокпосты на ключевых трассах, оставляя без прикрытия целые направления. Украинское командование уже к середине июля выяснило эту слабость, после чего разведрейдами своих БТГ нащупывало такие «провалы» в обороне ополченцев и проводило локальные наступления, глубоко вклиниваясь в оборону ополчения. К середине июля фактически вся территория ДНР и ЛНР была как ломтями «надрезана» такими ударами»

Иными словами, к августу оперативная обстановка в Республиках складывалась крайне неблагоприятно для восставшего против киевской хунты Донбасса. Это, впрочем, не означает, что ополчению грозил полный разгром, что до падения Донецка и Луганска оставались считанные часы. У Шурыгина читаем:

«Ситуация в середине августа была тяжёлой, но не критической. На этот момент ВСУ использовали практически все свои резервы, увязли и вели тяжёлые бои в северных пригородах Донецка, в районе Иловайска и на подступах к Луганску в районе Новосветловка-Лутунино. Сил рассечь территорию Новороссии у ВСУ уже не было, но война всё больше погружалась в кровавый хаос – в зоне боевых действий оказались самые густонаселённые районы Донбасса. Счёт погибших мирных жителей пошёл на сотни. Необходимо было остановить эту бойню и принудить Украину к прекращению боевых действий и мирным переговорам»

Если мы примем такое решение, то только для защиты украинских граждан!

Не будет лишним вспомнить слова Путина, сказанные им в самом начале марта 2014 года:
:


«Мы не собираемся и не будем воевать с украинским народом. Послушайте меня, вот послушайте меня внимательно. Я хочу, чтобы Вы однозначно меня понимали. Если мы примем такое решение, то только для защиты украинских граждан. И пускай попробует кто-то из военнослужащих стрелять в своих людей. За которыми мы будем стоять сзади. Не впереди, а сзади. Пускай они попробуют стрелять в женщин и детей. Я посмотрю на тех, кто отдаст такой приказ на Украине»

Не прошло и полгода, как эти слова были претворены в жизнь. Дословно. Была разработана операция «Северный ветер», речь о которой, идет в цитируемой статье Владислава Шурыгина. Среди военных экспертов считается, что эта операция едва ли не самая блестящая из проведенных ВС РФ в постсоветские годы. Конечно же, если рассматривать ее чисто военный аспект. Минимальные потери, максимальная скрытность, кратчайшие сроки реализации:

«Если не считать мелких огрехов, то всё прошло как по нотам. Противник не смог вовремя вскрыть наше выдвижение и развёртывание, и обнаружил наше присутствие только, когда мы вошли с ним в непосредственное соприкосновение. ВСУ так и не смогли вскрыть наши силы и потому по украинским докладам до сих пор гуляют самые фантастические цифры. Некоторые украинские военачальники договорились до того, что на территорию Украины вошло аж сто тысяч «северян», что есть полный бред!

Никаких глобальных задач «дойти до Киева» мы не имели. Если сводить всё к одной формуле, то нанести поражение и создать условия для прекращения боевых действий и начала переговоров»


Именно эта операция стала основным аргументом украинских подразделений информационно-психологической войны в деле раскрутки концепта «Россия – агрессор».

Оценка боевых действий в июле – августе 2014 года военными экспертами США

Интересно, что официальные лица США отреагировали на это событие довольно вяло. Никто даже не попытался призвать Россию к ответу за этот акт «вероломного нападения». В военных кругах подошли к этому вопросу спокойно, без излишней эмоциональности.

Так, Амос С. Фокс, американский офицер бронетанковых войск, в статье «The Russian–Ukrainian War: Understanding the Dust Clouds on the Battlefield» (см. перевод «Modern War Institute: Русско-украинская война. Что значат облака пыли над полем боя») моральные аспекты военных действий в Донбассе просто не рассматривает. Его интересует характер и тактика ведения боевых действий, инновации, примененные российскими военными, которые – по мнению автора статьи – принимали активное участие в боевых действиях еще до начала операции «Северный ветер»:

«Разумеется, в действиях России на Украине присутствует ряд инноваций, среди которых наиболее заметной стало применение полуавтономных батальонных тактических групп (БТГр) и разведывательно-ударной модели операций, которая основана на тесном взаимодействии дронов с огневыми средствами, что позволило повысить скорость поддержки огнем командиров тактических соединений <…>

Удар по городу Зеленополье 11 июля 2014 года является, наверное, наиболее ярким примером новой войны, где суммарный эффект обеспечивается за счет использования тактических дронов в сочетании с батальонной тактической группой – специально сформированным соединением, предназначенным для достижения тактического превосходства над противником – и обычными огневыми средствами.

Данная операция была упреждающим ударом по украинским бригадам, развернутым в районе сосредоточения и готовящимся вести наступательные действия против российских ВС и ополченцев. Ракетные удары предваряли пролеты тактических дронов и кибератаки на украинские средства связи. Стремительный вал артиллерийского огня и ракетных залпов обрушился на украинские позиции вскоре после прибытия дронов, в результате чего украинская сторона потеряла 30 человек убитыми и сотни раненными, боевой техники было уничтожено на два батальона
»


Русская артиллерия

Американских военных совершенно не волнует, является Россия агрессором или нет – участие России в боевых действиях на территории Украины у них сомнений не вызывает. Их волнует другое:

«Данная операция вызвала беспокойство в рядах американской армии, особенно в отношении изощренных возможностей России по реализации кибератак и эффективности новой российской разведывательно-ударной модели. Данная операция также обнаружила неравенство в ракетных и артиллерийских арсеналах между сухопутными войсками РФ и США. Россия до сих пор обладает и применяет разнообразные виды боеприпасов, включая усовершенствованные неядерные боеприпасы двойного назначения и термобарические боеприпасы, которые Армия США предпочла исключить из своих арсеналов»

Бойня в Иловайске – создание образа «Россия-агрессор»

Для Украины шоком стали результаты боевых действий в районе Иловайска, расположенного на шоссе стратегического значения, связывающего ДНР с Россией. К концу июля 2014 года он находился под контролем ополченцев. В начале августа 2014 года украинские войска, в попытке вытеснить неприятеля, бросили в бой, по данным Фокса, около 8 батальонов. Успех, по мнению Фокса, был невелик. Тем не менее, считает Фокс, именно для восстановления контроля над ситуацией «Россия срочно переправила многочисленные батальонные тактические группы из Южного военного округа в Ростове-на-Дону»:

«Эти силы окружили город, закрыв там украинские войска, и начали осуществлять осадные мероприятия. Многие украинские солдаты докладывали, что отчетливо слышали жужжание русских дронов незадолго до ракетной и артиллерийской атаки – что свидетельствует о новой российской тактике применения дронов, связанных напрямую с батальонными тактическими группами для повышения эффективности огня с закрытых позиций. Украинские войска несколько раз пытались вырваться из заблокированных позиций, но безрезультатно. К концу месяца критическая ситуация вынудила украинское правительство искать политическое решение, что привело к подписанию Минского протокола 5 сентября 2014 года»

По этому соглашению украинским подразделениям был гарантирован выход по безопасному коридору на территорию, контролируемую Украиной. Фокс отмечает, что российские военные открыли огонь по выходящим из котла военнослужащим ВСУ:

«Бойня в Иловайске и расстрел мирного коридора привела к гибели более 1000 украинских солдат, сотням раненых и множеству единиц уничтоженной боевой техники. Битва за Иловайск оказалась самой кровавой для украинской армии в этом конфликте. Минск-1 мало повлиял на то, чтобы сдержать боевые действия, и осадные операции российских войск продолжились»

Совершенно другая картина представлена в статье Владислава Шурыгина:

«Сейчас «окруженцы» везде голосят, что де, их обманули, им обещали коридор, но вместо этого раздолбили артиллерией. Это опять же, брехня! Был конкретный ультиматум – оставляете на месте всё тяжёлое вооружение и технику, и на автотранспорте в определённом порядке выходите. Но вместо этого они начали играть в крутых рейнджеров. Выстраивать колонны на прорыв – с танками, бэтээрами, САУ. Всё, что не могли вывезти, начали сжигать и выводить из строя. Мы за всем этим внимательно наблюдали. Разведка постоянно докладывала. Ещё раз вышли на них – не хитрите! Хотите жить, выполняйте условия, выходите, как определено – днём, без тяжёлой технике, по согласованию и под контролем. Всех выпустим! Они опять «Да! – Да!» но, как начало смеркаться, рванули на прорыв, ну, собственно, и получили. Почти никто не ушёл. Такой бессмысленной гибели людей я себе представить не мог. Дорога смерти какая-то…»

Установка «не светиться», позволяет военно-политическому руководству России официально отрицать присутствие регулярных российских войск в ДНР и ЛНР. Если же кого-то из таких где-нибудь кто-нибудь «прихватит», всегда можно сослаться на то, что «прихваченный» – доброволец. Если он и приписан к какой-то там части, то именно сегодня он в отпуске, который проводит в Донбассе – имеет право. Но вот незадача! Именно это обстоятельство («их там не было») не дает возможности «северянам» убеждать кого-то в том, что военнослужащие ВСУ «начали играть в крутых рейнджеров», не выполнили условия ультиматума и потому пострадали.

Все это и создает предпосылки для того, чтобы считать «Северный ветер» «вероломным нападением», «актом неспровоцированной агрессии», да еще и таким кровавым. Отличный повод для развертывания масштабных операций информационно-психологической войны.

Воссоздадим Союз – прекратим смуты и междоусобицы

Характерно, что в качестве заставки к статье Шурыгина – фото, на котором население украинского города с цветами встречают своих освободителей — бойцов Рабоче-крестьянской Красной Армии. Именно так воспринимают российских военнослужащих в ДНР и ЛНР. Именно так должны были бы воспринимать их и подавляющее большинство граждан Украины. К сожалению, это далеко не так. Они готовы лечь под бандеровцев, лишь бы не «москали».

Наша общая беда в том, что у нас – потомков великого Советского Союза – отсутствует объединяющая идея. В годы Великой Отечественно войны такая идея, разделяемая подавляющим большинством, была. У советского народа была общая цель – построение справедливого общества, основанного на коммунистических принципах. Именно эта общая цель и эти принципы были фактором, цементирующим народ. Благодаря этому «цементу» провалился план гитлеровцев развязать на территории СССР гражданскую войну уже в 1943 году.

Расчленение СССР стало возможным именно потому, что от этих принципов решено было отказаться. Решение было подготовлено и «протащено» на самом верху. Но наша беда и наша вина в том, что мы с этим решением позволили себе согласиться – хотя бы в порядке эксперимента. А дальше покатилось. Свободный рынок предполагает деколлективизацию. Наиболее естественная, органичная форма этой деколлективизации – размежевание по этническому принципу. Азербайджанцы против армян, узбеки против турок-месхетинцев, прибалты против русских. А общей идеи, объединяющей все этнические группы, все конфессии и профессии уже нет. И заполыхало, и захлюпало кровью. Теперь вот докатилось до Украины.

Геополитические конкурентам не хотелось бы допустить, чтоб на территории России и ее ближайших соседей произошли какие-нибудь эксцессы с ядерным оружием. А в остальном, почему бы им не поддержать в разумно накаленном состоянии наши смуты и междоусобицы? А в том, что касается применения неядерных боеприпасов, мы в своих конфликтах продвинулись весьма существенно. Установками БМ-21 «Град» уже никого не потрясешь, так ведь в дело уже вовсю идут и «Смерчи», и «Ураганы». И «Гиацинты» со своим калибром 240 мм тоже неплохо смотрятся:



Спасением для всех участников этих конфликтов, как актуальных, так и потенциальных, могла бы стать реинтеграция СССР.
Но тогда ребром встает вопрос – а на какой, собственно, основе? И тут – вольно или невольно приходит в голову крамольная, по нынешним временам, мысль: может все-таки попробовать что-нибудь коммунистическое?

По теме:

«Украина — арена прокси-войны между Россией и США»
Как по учебнику. Организация «управляемого хаоса» на Украине в 2013-2014 годах
Цель США в 2014 году — развязать войну между Россией и Украиной. Крым — удобный повод
Украина — арена прокси-войны между Россией и США. Как усмиряли Юго-Восток
Конфликт на Украине как эпизод современной войны. «Враги», «союзники», «спонсоры»


Добавить в друзья: | ЖЖ | твиттер | фейсбук | ВК | одноклассники | E— mail для связи: gnktnt@gmail.com
Tags: ВС РФ, ДНР, Донбасс, ЛНР, Украина, современная война
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments