Федор Чемерев (nkfedor) wrote,
Федор Чемерев
nkfedor

Заговор против СССР. «Вдруг почему-то вспомнились «Семнадцать мгновений весны»



В продолжение темы «Заговора против СССР», хочу подчеркнуть одну, на мой взгляд, существенную деталь. Утверждение, что в ядре этого заговора были вовсе не какие-то там «социал-демократы», просто «демократы» или «либералы», а сплоченная группа высокопоставленных работников КГБ СССР, едва ли можно отнести к разряду очевидных, банальных истин. Говорить о власти «чекистов», о «чекизме» стали уже во времена президентства Владимира Путина. Причем именно в связи с личностью самого Путина — кадрового разведчика. Во всяком случае, мнение о том, что за спиной Горбачева, а затем и Ельцина стояли некие «элитные спецслужбисты, обладавшие и немеркантильным, стратегическим целеполаганием, и волей к осуществлению» «далеко не элементарного замысла», не имело широкого распространения ни в девяностые, ни в нулевые годы. Во всяком случае, мне так кажется.

Для меня публикация в 2014 году работы Сергея Кургиняна «Красная весна» в газете «Суть времени» (исключительно в «бумажной» версии) была и откровением, и потрясением. Потрясением — потому что предложенная им в качестве объяснения произошедшего с Советским Союзом картина, казалось совершенно невозможной. Во всяком случае, на первый взгляд. А откровением — поскольку предложенная картина, во-первых, обладала внутренней непротиворечивостью, а во-вторых, давала ключ к пониманию как реальных, ставших историей процессов, приведших к расчленению Советского Союза, так и их потенциальных аналогов, итогом которых может стать окончательная ликвидация России и всех квази- и недо-государств, возникших на месте «республик свободных», некогда составлявших «Союз нерушимый».

Есть еще одно обстоятельство, о котором нельзя не упомянуть. Сам Кургинян подчеркивает, что рукопись книги появилась задолго до ее публикации в газете «Суть времени». Рискну предположить, что фактический материал, который лег в ее основу, «сложился» не позднее конца 2007 года. Тем не менее, ее «газетный вариант» появился в 2014 году — после «Революції Гідності» на Украине, присоединения Крыма и начала гражданской войны на Донбассе. А публикация ее в «книжном формате» — лишь в 2015 году, после того, «как новый формат отношений между Западом и Россией приобрел структурный характер».

Книга издана тиражом в 5 тысяч экземпляров. И опять-таки рискну предположить: какая-то часть тиража дошла до адресата, который имел непосредственное отношение к описываемым в книге событиям. Они не могли обойти ее своим вниманием еще в 2014 году. В книге упомянуто немало имен людей, в том числе и ныне здравствующих. Роль многих из них в событиях, приведших к ликвидации СССР, далеко не безупречна — даже с точки зрения современных представлений об этих событиях. Если бы у этих читателей возникли серьезные претензии к автору, то они, эти претензии, в том или ином виде были бы предъявлены. А через год, в 2015 году печатается книга «Красная весна». Можно ли на основе этих фактов считать, что изложенный в книге взгляд на описываемые в ней события весьма близок к правде? Надеюсь, что так...

Боюсь ошибиться, но уже сам факт этих двух изданий книги «Красная весна» дает, пусть слабую, но все-таки надежду на то, что среди самих участников «Заговора против СССР» происходит своеобразная переоценка ценностей. Возможно, что даже не они сами, а их преемники и последователи, иначе смотрят на тот «далеко не элементарный замысел», который в процессе реализации привел к результатам, весьма далеким от тех, что виделись его авторам в далекие семидесятые и не столь уж далекие девяностые годы. И тогда трагические последствия августа 1991 года можно рассматривать как «опыт, сын ошибок трудных», а не как фатальную неизбежность — со всеми прелестями регресса — вплоть до полной ликвидации самих основ бытия на всем постсоветском пространстве. А опыт — он для того и опыт, чтобы не натыкаться в очередной раз на те же грабли.

В этом и, надеюсь, в последующих своих заметках я хочу поделиться впечатлением, которое произвела на меня предложенная Сергеем Кургиняном интерпретация процессов, составлявших содержание «Перестройки» и последовавших за ней событий. Она нетривиальна, эта интерпретация. И уже этим ценна. Как минимум.

В СССР борьба с антисоветизмом и антикоммунизмом была возложена на КГБ СССР. Это общеизвестный факт, как впрочем и следующее утверждение Кургиняна:

«А поскольку любая бюрократия (советская, американская — не имеет значения) мыслит однотипно («есть угроза, создаем ведомства по борьбе с угрозой»), то неминуемо было создание внутри огромного и многопрофильного КГБ специализированного управление по борьбе с антисоветизмом и антикоммунизмом».

Однако тут же он делает ключевое заявление, вводя в оборот «обозначение» К-17:

«Именно внутри такого Управления и надо было размещать комитет, реализующий спецпроект из перечисленных мною выше семнадцати пунктов (назовем его для краткости К-17)».

Как бы мимоходом он бросает реплику: «...Семнадцать пунктов (вдруг почему-то вспомнились «Семнадцать мгновений весны»)». А далее, говорит о том, что просто разместить К-17 внутри управления по борьбе с антисоветизмом категорически недостаточно:

«Для того чтобы К-17 был сколько-нибудь эффективной структурой, его неформальным лидером должен был являться руководитель КГБ СССР. А правой рукой руководителя должен был являться руководитель того управления, внутри которого размещался комитет».

Это очень сильное и смелое утверждение. Если оно имеет под собой основания, то возможный судебный процесс над ГКЧП — жалкий фарс по сравнению с тем — истинным — процессом, который должен был бы состояться над настоящими заговорщиками. Может быть именно поэтому суда над членами ГКЧП не было? А подменившая его амнистия (единственное исключение было сделано для главкома сухопутных войск генерала армии Валентина Варенникова) — результат компромисса между настоящими заговорщиками из К-17 и теми сторонниками ГКЧП, кто был «в теме» и мог бы на них указать?

Но вернемся к доводам Сергея Кургиняна, считающего, что во главе К-17 должен стоять ни много ни мало глава КГБ:

«Тогда, во-первых, некому будет обнаруживать и ликвидировать К-17. Ибо должны это делать по долгу службы шеф КГБ и руководитель управления, специализирующегося на выявлении и подавлении антисоветских, антикоммунистических начинаний. Но если эти двое возглавляют К-17, то они его ни выявлять, ни подавлять не будут. А, во-вторых, ну выявит кто-то, соразмерный «этим двоим» (поди еще найди такого!) наличие зловещего К-17. Доложит еще более могучему номенклатурщику (которого опять же надо найти) о данном скверном начинании. Номенклатурщик, которому доложили, начнет выяснять, что к чему. Шефа КГБ и начальника управления, специализирующегося на борьбе с антисоветской и антикоммунистической деятельностью, вызовут на ковер и спросят: «Что у вас там происходит?». Вызванные на ковер ответят: «Да, мы создаем антисоветские, антикоммунистические структуры. Но это же спецструктуры. Вам доложили с ума великого об одной из них. А их, между прочим, много. И все они нами созданы именно как спецструктуры — для привлечения антисоветского, антикоммунистического контингента, выявления этого контингента, обнаружения его международных связей, контроля, дезориентации, подавления! Это же наша работа!»

И тут становится понятным, почему эти рассуждения Кургинян предварил как бы мимоходом брошенной репликой о «Семнадцати мгновениях весны». Потому что описываемой им коллизии в точности соответствует разработанная Вальтером Шелленбергом «операция прикрытия» миссии обергруппенфюрера СС Карла Вольфа в Швейцарии. Миссии, инициированной Гиммлером, в рамках которой Вольф — за спиной у Гитлера — вел сепаратные переговоры с американцам. Помните физиономию Мартина Бормана, который «с ума великого» решил уничтожить и Гиммлера, и Шелленберга — как врагов Рейха? И проиграл! Да еще и вынужден был выдавливать из себя слова поздравления с «блестяще проведенной операцией» — после того, как эти «враги Рейха» доложили о своих «успехах» фюреру.

Несмотря на то, что предположения Сергея Кургиняна выглядят весьма логичными и обоснованными, он предлагает рассматривать «феномен К-17» как аналитическую гипотезу:

«Построим модель, основанную на наличии К-17, а затем сравним реально протекавшие (и протекающие) процессы с теми процессами, которые должны были бы протекать, если бы модель имела не гипотетический, а реальный характер. Если реальные процессы мало отличаются от процессов, которые должны были бы протекать согласно нашей модели, то наша гипотеза подтверждается и модель превращается из умозрения в факт».

Но модель — моделью, ее верификация — это весьма важный аналитический инструмент. Но есть ведь еще и конфиденциальные данные. Они тоже важны, они укрепляют позицию аналитика. Единственный их недостаток — на них нельзя сослаться:

«Многие годы я, сжав зубы, следил за тем, как разворачивается реальные процессы и насколько они совпадают с процессами, которые были мною вычислены, исходя из наличия этого самого К-17. Сходство между вычисленными и реальными процессами было поразительными. Я делал самые рискованны прогнозы и не ошибался. Когда ты много лет занимаешься аналитической деятельностью, через твои руки проходят интересные документы. Ты встречаешься с интересными людьми — людьми серьезными и не склонными к выдумкам. Часть из этих людей проникается к тебе сначала симпатией, а потом и чем-то гораздо большим. С тобой начинают делиться информацией, не оставляющей никаких сомнений в наличии того, что я называю К-17. Такая информация — это уже не совпадение теоретических кривых с экспериментами. Это даже не сбывающиеся прогнозы. Информация эта дает право называть гипотезу о наличии К-17 не просто рабочей, правдоподобной и так далее. Конечно, ты все равно не можешь выдавать свои построения за несомненную истину».

В итоге складывается картина, в которой фигурируют вполне определенные имена:

Первое. Руководил внутрикомитетской неформальной, но очень плотной структурой, которую я называю К-17, лично Председатель КГБ СССР Юрий Владимирович Андропов.

Второе. Правой рукой Андропова в его главном и всеобъемлющем начинании был начальник 5-го управления КГБ СССР Филипп Денисович Бобков. Именно 5-му управлению была поручена борьба с антисоветчиками и антикоммунистами. И именно внутри него возник главный штаб по борьбе с советизмом и коммунизмом
».

А вот оценка, которую Кургинян дает Бобкову:

«Человек яркий и талантливый, Бобков сохранил способность разыгрывать блестящие элитные игровые комбинации до настоящего времени».

Но делает при этом важное уточнение:

«Владимир Крючков, руководивший КГБ СССР при Горбачеве и известный своим участием в ГКЧП, снял Филиппа Бобкова по материалам моей статьи «Литовский синдром». В статье подробно описывалась провокация с вводом войск в Вильнюс и их немедленным выводом оттуда «под давлением мировой общественности», возмущенной тем, что советские войска расстреляли мирное литовское население. Тогда я впервые познакомился с работами Шарпа, консультировавшего команду Ландсбергиса. У меня есть все основания считать Бобкова действительным режиссером вильнюсской трагедии».

И еще. Дальнейший ход событий неопровержимо свидетельствовал в пользу того, что проект К-17 не был ни отвергнут, ни отложен. Он реализовывался! Возможно не совсем так, как это виделось его авторам в конце семидесятых, но тем не менее...

Стало быть, участники К-17 победили? И настоящий переворот таки состоялся?

Говорят, что ГКЧП был чем-то вроде детонатора или катализатора, ускорившего распад СССР. Утверждают, что не случись этого вымученного «недоворота», был бы подписан новый Союзный Договор, чаяния граждан СССР, высказавшихся на референдуме за сохранение Союза, были бы воплощены в новом — обновленном (и «еще более лучшем») — Союзе Советских Суверенных Республик.

А много ли сейчас среди нас тех, кто этот (несомненно спасительный?) договор читал? Почему у нас из года в год на протяжении четверти века принято обсуждать наличие или отсутствие телефонной или еще какой связи у Горбачева на объекте «Заря» в Форосе, но как-то не принято задаваться простым вопросом: а что именно в том договоре вызвало столь отчаянную реакцию у тех представителей высшей власти в СССР, которые решились-таки на создание ГКЧП? Может быть, если его почитать да как следует обсудить, народ бы, глядишь, и поддержал ГКЧП?

На снимке: Адмирал флота в отставке А. И. Сорокин, Президент Российской Федерации В. В. Путин, генерал армии в отставке Ф. Д. Бобков на военном параде на Красной площади, 9 мая 2012 года

В тексте приведены выдержки из книги: Кургинян С.Е. Красная весна — М.: МОФ ЭТЦ, 2015, — 384 с.: ил. ISBN 978-5-7018-0551-2

Добавить в друзья: | ЖЖ | твиттер | фейсбук | ВК | одноклассники | E-mail для связи: gnktnt@gmail.com
Tags: Андропов, Бобков, ГКЧП, Горбачев, Кургинян, Путин, СССР
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments